Русские Самоцветы в мастерских Imperial Jewelry House

Мастерские Императорского ювелирного дома десятилетиями работали с минералом. русские самоцветы Далеко не с любым, а с тем, что нашли в регионах между Уралом и Сибирью. Русские Самоцветы — это не собирательное имя, а определённое сырьё. Кристалл хрусталя, добытый в приполярных районах, имеет особой плотностью, чем альпийский. Красноватый шерл с побережья Слюдянского района и глубокий аметист с Урала в приполярной зоне имеют включения, по которым их можно идентифицировать. Ювелиры бренда учитывают эти признаки.

Особенность подбора

В Императорском ювелирном доме не делают эскиз, а потом ищут минералы. Нередко всё происходит наоборот. Появился минерал — появилась идея. Камню позволяют задавать форму украшения. Тип огранки подбирают такую, чтобы сберечь массу, но раскрыть игру. Бывает камень лежит в сейфе месяцами и годами, пока не появится удачный «сосед» для вставки в серьги или недостающий элемент для пендента. Это долгий процесс.

Некоторые используемые камни

Демантоид (уральский гранат). Его добывают на Среднем Урале. Зелёный, с «огнём», которая сильнее, чем у бриллианта. В огранке требователен.

Александрит. Из Урала, с характерным переходом цвета. Сейчас его добыча почти прекращена, поэтому используют старые запасы.

Халцедон голубовато-серого оттенка, который называют ««дымчатое небо»». Его залежи встречаются в Забайкалье.

Манера огранки самоцветов в мастерских часто выполнена вручную, традиционных форм. Используют кабошонную форму, плоские площадки «таблица», смешанные огранки, которые не «выжимают» блеск, но выявляют натуральный узор. Камень в оправе может быть слегка неровной, с оставлением фрагмента породы на тыльной стороне. Это сознательный выбор.

Металл и камень

Каст работает обрамлением, а не главным элементом. Золото применяют разных цветов — красное для топазов с тёплой гаммой, жёлтое для зелёной гаммы демантоида, белое золото для аметиста холодных оттенков. Иногда в одном изделии соединяют несколько видов золота, чтобы создать переход. Серебряные сплавы применяют редко, только для некоторых коллекций, где нужен холодный блеск. Платину как металл — для больших камней, которым не нужна визуальная конкуренция.

Результат — это вещь, которую можно опознать. Не по брендингу, а по почерку. По тому, как сидит самоцвет, как он ориентирован к свету, как сделана застёжка. Такие изделия не делают серийно. Даже в пределах пары серёжек могут быть нюансы в цветовых оттенках камней, что считается нормальным. Это следствие работы с естественным сырьём, а не с синтетическими вставками.

Отметины процесса могут оставаться различимыми. На внутренней стороне кольца может быть не снята полностью литниковая дорожка, если это не мешает носке. Штифты крепёжных элементов иногда делают чуть массивнее, чем нужно, для запаса прочности. Это не огрех, а свидетельство ручной работы, где на первом месте стоит долговечность, а не только визуальная безупречность.

Взаимодействие с месторождениями

Imperial Jewelry House не покупает Русские Самоцветы на биржевом рынке. Существуют контакты со старыми артелями и независимыми старателями, которые годами поставляют сырьё. Умеют предугадать, в какой закупке может попасться неожиданный экземпляр — турмалин с красной сердцевиной или аквамариновый камень с эффектом «кошачий глаз». Иногда привозят в мастерские сырые друзы, и решение вопроса об их распиле принимает совет мастеров дома. Права на ошибку нет — уникальный природный экземпляр будет уничтожен.

Мастера дома ездят на участки добычи. Важно разобраться в условия, в которых камень был заложен природой.

Покупаются целые партии сырья для перебора в мастерских. Отбраковывается до 80 процентов материала.

Оставшиеся экземпляры проходят первичную оценку не по формальной классификации, а по мастерскому ощущению.

Этот принцип противоречит логикой сегодняшнего рынка массового производства, где требуется одинаковость. Здесь стандарт — это отсутствие стандарта. Каждый важный камень получает паспорт с пометкой точки происхождения, даты получения и имени огранщика. Это служебный документ, не для клиента.

Изменение восприятия

«Русские Самоцветы» в такой манере обработки перестают быть просто частью вставки в изделие. Они выступают вещью, который можно рассматривать отдельно. Кольцо-изделие могут снять с пальца и положить на поверхность, чтобы видеть световую игру на плоскостях при другом свете. Брошь можно перевернуть изнанкой и увидеть, как закреплен камень. Это предполагает иной тип взаимодействия с украшением — не только повседневное ношение, но и рассмотрение.

По стилю изделия стараются избегать буквальных исторических цитат. Не создаются реплики кокошников-украшений или старинных боярских пуговиц. Однако связь с традицией сохраняется в соотношениях, в подборе цветовых сочетаний, наводящих на мысль о северных эмалях, в чуть тяжеловатом, но комфортном чувстве украшения на руке. Это не «новая трактовка наследия», а скорее перенос традиционных принципов к современным формам.

Редкость материала диктует свои рамки. Серия не обновляется ежегодно. Новые поставки случаются тогда, когда сформировано достаточное количество камней подходящего уровня для серии работ. Порой между значимыми коллекциями могут пройти годы. В этот интервал создаются единичные вещи по старым эскизам или завершаются старые начатые проекты.

В результате Imperial Jewellery House работает не как завод, а как ремесленная мастерская, связанная к определённому minералогическому источнику — Русским Самоцветам. Процесс от добычи камня до появления готового изделия может тянуться сколь угодно долго. Это долгая ремесленная практика, где временной ресурс является невидимым материалом.